С 26 июня по 31 августа в Государственном историческом музее в Москве проходила выставка с незатейливым названием: "Сколь славно приобретение…", посвященная 225-летию присоединения Крыма к Российской империи. Богатство этого музея, на протяжении более сотни лет с имперской наглостью собирающего сливки со всех провинциальных (в том числе и украинских) музеев, не может не поражать воображение. Обилие представленных на выставке раритетов также впечатляет. Здесь есть все: и кони, и люди, и залпы тысячи орудий, и все фигуранты российской аннексии Крыма 1783 года – русские, крымские татары, ногайцы, караимы и пр. Но что в ней принципиально отсутствует, так это Украина. А еще упорно проигнорирован последний крымский хан Шагин-Гирей, который с азиатским неистовством подражал российскому царю Петру I, пытаясь модернизировать одряхлевшее Крымское ханство. Но в результате потерял и свое лицо, и государство...

читать

Первую свою настоящую гавань, которая стала, по сути, первым российским портом на Восточном побережье Черного моря, украинские казаки построили на устье реки Кубань в конце ХVIII века. Гавань назвали в честь ее основателя – войскового судьи Черноморского казачьего войска Антона Андреевича Головатого (1744–1797). В его удивительной судьбе отразился сложнейший исторический период, ознаменовавшийся ликвидацией Запорожской Сечи, присоединением к России Северного Причерноморья и Крыма, воссозданием казачьих войск на Юге Украины и переселением крупнейшего из них – Черноморского – на Кубань. Антон Головатый, один из последних представителей славного Войска Запорожского, стоял у истоков формирования его исторического преемника – кубанского казачества.

читать

В повседневном быту мы настолько привыкли к кофе, что, кажется, знаем о нем все. Большинство «кофеманов» уверены, что их любимый напиток завезли в Европу с Востока. Но на вопрос о том, как он приобрел популярность среди европейцев, ответить могут лишь эрудиты. А случилось это не так уж давно, всего 320 лет назад, во время последней отчаянной попытки Османской империи подчинить Европу.

...Август 1682 года. На заседании турецкого правительства обсуждается вопрос о походе на Венгрию и Австрию. Главными инициаторами выступили великий визирь Кара Мустафа и ответственный за внешние отношения Лаз Мустафа-эфенди. Однако последнее слово было за султаном Мехмедом ІV, страстно мечтавшим сразиться с христианским миром. Главный удар он задумал направить на одну из самых могущественных европейских держав – Австрию и ее столицу Вену. Он уже мечтал, как во владение мусульман попадут большие земельные наделы, как богатства потекут широкой рекой в его оскудевшую казну и как серьезно заболевшая экономическим кризисом держава османов устремится к новому зениту могущества. В это же время жители Турции смаковали слухи о несметных богатствах столицы Австрии.

читать

О Юзефе Пилсудском еще при жизни ходили легенды. Кем только не был этот неординарный человек, чья удивительная судьба отныне принадлежит истории! Сибирский ссыльный, осужденный за подготовку покушения на императора Александра ІІІ, и командир бригады в армии императора Франца-Иосифа І. Помещичий сын, потомок древнего шляхетского рода и главный редактор подпольной социалистической газеты. Организатор ограблений банков и почтовых поездов и почетный гость князей Радзивилов в их старинном замке в Несвиже. Узник немецкой тюрьмы и первый маршал Польской Республики; человек, бросавший своим оппонентам грубые казарменные обвинения, и автор романтических стихов, настоящих жемчужин поэзии. Деятель, который допускал сумасшедшие ошибки в оценке ситуации, терпел сокрушительные поражения, и вместе с тем после любого из них укреплял свой авторитет и приобретал новых последователей. Человек, который при жизни и ныне, спустя 72 года после смерти, вызывает как горячую, трогательную любовь, так и дикую, страшную ненависть. Все это – Юзеф Гиньятович-Кошьчеха-Пилсудский, комендант польских легионов, начальник Польского государства, которое он возродил после 123 лет небытия.

читать

Утро. Я спешу попасть в лагерь археологической экспедиции до наступления полуденной жары. Добираться пришлось недолго. На маршрутном такси через проспект им. Газеты «Правда» миновала ж/м Северный и практически сразу попала в поселок им. Шевченко. А вот лагерь найти оказалось сложнее, чем я предполагала. Мой вопрос: «Не подскажете, а где здесь стали лагерем археологи?», вызывал у местных жителей некоторое недоумение. Тогда я сформулировала его проще: «В какой стороне находится река?»... и проследовала в указанном направлении. После длительного блуждания и нескольких звонков в лагерь, мне навстречу выслали гонца, и я благополучно прибыла на место раскопок.

читать

«Эх, знали бы люди, как тяжело мне жить на свете», – вздыхал молодой еще человек, терзаемый мрачными мыслями о своей судьбе.

Мысли эти принадлежали Дмитрию Яворницкому, для которого время осени 1884– весны 1885 г.г. было одним из самых сложных в его жизни. Он не мог понять, за какие деяния на него был повешен «ярлык сепаратиста», почему ушла жена, по сути, бросив его. Какое-то время растерявшийся Яворницкий пребывал в отчаянии и безысходности. К неприятностям добавилась еще и смерть отца, которого он любил и уважал. Для того, чтобы не сойти с ума, а еще чего хуже – не свести счеты с жизнью, Дмитрий Яворницкий многое меняет кардинально: род деятельности (учебу в магистратуре на преподавание), место проживания (переезжает из несчастливого для него Харькова в Санкт-Петербург), семейную жизнь на холостяцкую. Таких поворотов в жизни будущего выдающегося историка было немало и до, и после этих событий.

читать