Влад Троицкий:

– Где же искать эту урбанистическую культуру? В каких городах Украины она наиболее развита?

– Я не очень хорошо разбираюсь в том, что происходит в Украине сейчас – не так много путешествую. Думаю, что безусловно развит Харьков. Какие-то небольшие попытки случаются в Запорожье – в общем-то, незначительные, если учитывать размер самого города. Вот, пожалуй, и все культурные центры, кроме столицы.

– Наверное, причина в том, что, по вашим словам, нынешняя молодежь предпочитает потреблять искусство, созданное другими, нежели творить собственное?

– С одной стороны, это, конечно, так. У нас нет концепции современного украинского искусства, оно еще не стало модным, не причислилось к мейнстриму, и те, кто мог бы творить, увлекаются совсем другими вещами. Вот, например, в России есть государственная программа пропаганды высокого искусства. И все знают, что там самый интересный театр, самая серьезная музыкальная школа. Это не масскульт, а элитарные вещи. А в Украине понятия «элитарное искусство» не существует. Не очень понятно вообще, что такое «элита». Политиков так нельзя назвать, в бизнесе пока тоже такого слоя не существует. Интеллигенция уже потеряла свой статус элиты и находится, скорее, в андеграунде, перестала быть совестью нации. И вот на этом безрыбье, безвкусье, при неэтичности происходящего в журналистике и в информационном пространстве, дискредитации понятия «патриотизм», полной потере моральных ценностей нормальным становится предавать, не держать свое слово – мы пытаемся существовать.

– То есть, никого из нынешних деятелей искусства вы бы не могли причислить к элите?

– Формально они элита – те же Нина Матвиенко, композитор Сильвестров, писатели – Андрухович и иже с ним. Но реального авторитета у них нет, к их словам мало кто, к сожалению, прислушивается.

– Как вы считаете, почему интеллигенция потеряла статус совести нации?

– Здесь дело в истории. Украинской государственности всего 17 лет. Когда образовалась страна, власть имущие стали действовать, как в собственном уездном княжестве. Законодательство полностью повторяло законы Советского Союза, во власти не было настоящих государственников. Неуверенность в будущем, выборы – не до интеллигентности было. Даже если интеллигент и попадал в политику, она его ломала, ведь политика – вещь безнравственная. Когда ты там, у тебя просто нет времени делать что-то серьезное, и слушать мнение артистов тоже некогда. Безусловно, тот же Ющенко уважает Нину Матвиенко, но чтобы прислушаться – я сомневаюсь. У политиков сразу возникает мысль: мол, вам легко говорить о возрождении культуры, а мне нужно решать сиюминутные задачи. Вот из-за этого и теряется самое главное.

– А вы бы не хотели пойти в политику, чтобы что-нибудь изменить в этом положении вещей?

– Нет. Я режиссер. С другой стороны, тот же «Гоголь-fest» – это очень политическая акция, пример новой идеологии. Любая культура является составной частью идеологии, так было всегда, и сейчас особенно. А на фестивале одновременно собираются вместе представители разных видов искусства, изо всех городов Украины, от Одессы до Львова. Это абсолютно неконфликтное мероприятие, единое культурное пространство. Там было создано положительное поле совместного творчества (мне не нравится слово «позитивное», оно дискредитировано), радости оттого, что у нас в стране в области культуры наконец-то происходит событие, которым можно серьезно гордиться. Ко мне приезжали ребята из «Ма-а-сквы», рассказывали, что наш фестиваль интереснее, чем московские, питерские, и даже европейские. И я понял, что «Гоголь-fest» – это, в какой-то степени, формирование новой парадигмы, идеологии «Украины без комплексов».

– Были препятствия в организации фестиваля от людей, которые хотят сохранить старые культурные схемы?

– Конечно. Чиновники от культуры утверждали, что это антиукраинский фестиваль.

– Что они имели в виду?

– Это у них надо спрашивать. Я слышал такое неофициальное заявление в кулуарной беседе. Почему они так считают? Да потому, что мы для них конкуренты. Мы ведь полностью частное мероприятие.

– Конкуренты в культурном смысле?

– Судя по общественному резонансу, популярности фестиваля, он является успешным проектом. Конечно, есть конкуренция и в материальном плане.

– Вы не хотели бы заручиться поддержкой Министерства культуры?

– Хотел, они не захотели. Как-то все не до этого им было.

– Чем же они занимались?

– О, они многим занимаются, все время на «нарадах», работают день и ночь. Как ни позвонишь, все трудятся. Вот только результатов не видно, или труд этот какой-то подпольный…

– Как вырос «Гоголь-fest» по сравнению с первым его этапом?

– Был еще пробный нулевой этап в сентябре прошлого года, который мы вообще сделали за месяц. Второй фестиваль готовился полгода. Программа получилась более насыщенная, с международными участниками. Мы приблизились к уровню европейских фестивалей. Кроме того, подтянули логистику, менеджмент, технологические вопросы, продолжаем над этим работать. Опыта организации таких масштабных фестивалей, особенно полидисциплинарных, нет. Бюджет у нас был довольно ограниченный, так что практически весь «Гоголь-fest» делали актеры театра «ДАХ» – сами работали и менеджерами, и техработниками. Конечно, мы подвиг совершили. Но в новом сезоне нужно выходить из зоны подвига – как для меня (я взял громадный кредит на фестиваль), так и для моей команды. Подвиги совершать нужно, но нельзя превращать их в систему.

– Какова дальнейшая программа развития фестиваля?

– Одна из его фишек – это «фестиваль фестивалей», или дайджест театральных, танцевальных фестивалей из Франции, Венгрии, России и, надеюсь, Польши. Программой нашего фестиваля предусмотрены дни каждой из стран-участниц. В художественной программе, в которой будут два-три европейских куратора, примут участие и наши, и западные художники. Это станет для Украины беспримерной акцией, ведь не все могут съездить в тот же Авиньон. Мы предоставляем возможность все это увидеть, составить собственное впечатление о современной европейской культуре не теоретически, а «вживую».

– В следующем году общественность отмечает двухсотлетие со дня рождения Николая Васильевича Гоголя. Как вы считаете, ваш фестиваль будет лучше других мероприятий, запланированных к этой дате?

– В Европе больших фестивалей не планируется. А если сравнивать с Россией… На данный момент «Гоголь-fest» вне конкуренции. Не думаю, что кто-то за год сумеет развернуть мероприятие такого же масштаба.

– В контексте фестиваля имя Николая Васильевича скорее превращается в коммерческий бренд, чем напоминает о любимом писателе многих. Вас не пугает такая тенденция?

– На чеховских фестивалях в России не только Чехова ставят, правда? Гоголь – это и так не просто автор, это европейское понимание культуры. Он объединяет две культуры – русскую и украинскую, он метафизичен, духовен… Если подходить к Гоголю чисто утилитарно, в контексте инсценировки его произведений, – это будет локальный фестиваль, интересный малому количеству людей.

– Кто для вас Гоголь как автор?

– Он гений. Что тут еще сказать? Так же, как Достоевский и Толстой. Мне очень нравятся «Выбранные места из переписки с друзьями», люблю малороссийский цикл – «Вий» и прочие радости; «Мертвые души» – совершенно гениальная поэма, драматургия прекрасная. Все гениально, одним словом!

– Как вы оцениваете нынешнее состояние украинского театра?

– В общем театр, безусловно, популярен. И в театре имени Ивана Франко, и в театре имени Леси Украинки полные залы. Я очень рад, что публика начала ходить в театры. Другое дело – современный театр, который вписывается в мировой контекст. Такого в Украине очень мало – ввиду исторических особенностей в основном. Украинский театр, связанный с корифеями, Курбасом, прервался, возникла традиция русского реалистического театра. Став независимой страной, Украина, естественно, обрезала эту нить. Больше нет ни соответствующего образования, ни обмена с Россией, ни великого имперского мифа, который все это поддерживает. В России существует идеология великого русского театра, у нас такого нет. Поэтому театр остается на периферии, как и вся культура, не выходит из системы развлечений. Несомненно, и в этой сфере могут быть талантливые постановщики, но на первый план они не выходят. Режиссеров, которых можно сравнить с мастерами европейского современного театра, раз-два и обчелся: Андрей Жолдак, которого практически вытеснили из страны, Дима Богомазов, Володя Кучинский, Яремчук (Театр Марионеток), Раду Поклитару (современный танец). Вот и вся наша театральная история.

– В чем причина? Не хватает людей, которые могут творить в этом направлении, или нет зрителя для такого театра?

– Зритель есть. «ДАХ» не жалуется на зрителя, и тот же «Гоголь-fest» показал, что таким театром интересуются очень многие. Просто у нас нет серьезной театральной школы, которая открыта мировым тенденциям. Нет возможностей проявлять себя для молодых режиссеров. Нет центров современной драматургии. Что-то начало происходить в Харькове, какие-то живые вещи, но в основном на молодежном энтузиазме. Все остальное, честно говоря, пока молчит. Вот у вас в Днепропетровске есть «Крик» – очень интересный театр, но это сугубо индивидуальное явление.

– Вы не хотели бы встать во главе украинской театральной школы?

– Такая школа уже есть. «ДАХ» – это во многом и учебное образование. Но чтобы заниматься этим серьезно, в масштабах страны, нужны серьезные ресурсы – помещение, финансирование.

– Где публика лучше воспринимает «ДАХ» – в Европе или в Украине?

– Мне вообще грех жаловаться на публику. Везде меня хорошо воспринимают. Негативные отзывы, может быть, и были, но я о них не знаю, больше позитивных.

– Что планируете ставить в будущем? Может, отыщете все-таки новую украинскую драматургию?

– Я, честно говоря, украинское уже ставлю – работаю с прекрасным русско-украинским драматургом Климом. Найду еще кого-нибудь – обязательно поставлю.

– В какой тематике планируете работать?

– Пока еще не знаю, стоит ли начинать новый этап. Сейчас занимаюсь социальной драмой, пять спектаклей поставил уже. Что дальше будет – время покажет.

– Где вы черпаете вдохновение и материал для фольклорных спектаклей?

– В фольклоре, где же еще? «Несе Галя воду» нас, конечно, не интересует. А так у меня в театре много музыкантов, у всех прекрасные голоса, поют сложные народные песни, в основном украинские, но также и корсиканские, болгарские. Есть группа «Даха Браха» – девочки-фольклористки, которые уже лет десять собирают фольклор, ездят в экспедиции. Я работал с коллективом «Древо», участники которого в принципе являются зачинателями фольклорного движения в Украине. Черпаем из источников!

– В Украине о группе «Даха Браха» слышали не все молодые люди, считающие себя интеллектуалами, но он достаточно известен за рубежом. Почему так получается, что украинское искусство бывает более популярным в Европе, чем в Украине?

– Во-первых, украинское искусство в Европе не популярно. Это иллюзия. Никто вообще не знает, что это за страна – Украина. А «Даха Браха» выступает за рубежом потому, что коллектив классный. Да и в Днепропетровске залы собирали, и в Виннице. С этим проблем нет. Просто нужен кто-то, кто захочет их привезти. Ведь через масс-медиа особо не раскрутишься: телевизор хорошую музыку вообще не показывает, на радио мы тоже «не формат». Откуда же народ узнает о таких коллективах?

– Есть пласт интеллигентной молодежи, которая воспитывается на зарубежной культуре…

– Тоже неплохой вариант. Пусть воспитываются хотя бы на чем-то, потом и что-нибудь здешнее для себя откроют или сами создадут.

– Но как в молодежи воспитать любовь к украинскому искусству?

– Если вы будете им говорить: «Любите украинское!» – это может только аллергию вызвать. Берите пример с фестиваля «Гоголь-fest». Это конкретный украинский продукт, достойный любви и уважения, провоцирующий на творчество, культурный центр большой республики.

– Были какие-то результаты первого этапа фестиваля, допустим, музыканты или художники, которых ваша идея подвигла создать нечто новое?

– Художников таких очень много, да и группы новые появились.

– Кого бы вы могли назвать «надеждой украинской культуры»? Есть ли у вас личные предпочтения среди музыкантов, актеров, молодых режиссеров?

– Молодых режиссеров я вообще не знаю, актеров тоже. Музыканты… У нас очень приличная школа композиторов академической музыки. Безусловно гениален Сильвестров, которому сейчас 70 лет исполнилось. Есть какая-то более-менее интересная история с экспериментальным кино, притом что оно не очень востребовано. Но, тем не менее, фестиваль «Молодость» – это хорошо, фестиваль «Крок» – тоже. Это то, за что не стыдно, что развивается. Интересное движение начал «Джаз-Коктебель». Есть, наверное, еще какие-то фестивали, где что-то происходит. Вот харьковские молодые художники очень радуют. Наверное, это и все.

– Вы родились в России, живете здесь. Какая страна вам больше по душе?

– Если бы я хотел уехать в Россию, я бы взял и уехал. Меня судьба привела в Украину, и мне здесь нравится.

– Вы бы могли назвать себя «провокатором» в современном искусстве?

– Сначала нужно разобраться в дефиниции этого понятия. Обычно слово «провокатор» несет негативный смысл. Если же как инициатор чего-то нового, то я согласен.

Будем надеяться, что «Гоголь-fest» действительно выполнит свою миссию и мы получим новую украинскую культуру. Зрители есть, исполнители есть. Дерзайте, господин Троицкий!

Беседовали Кристина ПЛАХОВА, Наина ЛЕВОДВОРСКАЯ

Кристина ПЛАХОВА, Наина ЛЕВОДВОРСКАЯ: Влад Троицкий: «Я не провокатор, я инициирую новое»
Кристина ПЛАХОВА: Петриковка – это наше всё!
Владимир ПАНЧЕНКО: Всегда надо, чтобы мы, а не нас
Владимир ВЬЯТРОВИЧ: СБУ раскрывает секреты УПА
Игорь КОЧЕРГИН: Путешествие в прошлое
Владислав ГРИБОВСКИЙ: Страсти по Екатерине: украинский гамбит
Александр СЛОНЕВСКИЙ: Любимый город, гнусно называемый «Днепродзержинск»
Лилия КУЦЕНКО: Бум Бензина потерпел фиаско, или как это было на самом деле
Сергей ШЕБЕЛИСТ: Юрий АНДРУХОВИЧ: Там, где рождается «Ніжність»
Николай ЧАБАН: Микола МИКОЛАЕНКО: «Снайпер мог убить меня...»
Наталья СЕГЕН: Глобальное потепление: катастрофа или закономерность?
Оксана ЧЕРНЕНКО: Из жизни пещерных городов
Владимир ЖАРТИЧ: ИВАН ФРАНКО разрушает зло («СИЧЕСЛАВНА-2008»)
Алексей ОВЧАРЕНКО: На кафедре очень зеленой музыки
Алексей ОВЧАРЕНКО: Александр БОРОДАЙ: «Я делаю то, что мне самому интересно»