В последнее время ведется много разговоров о том, какая система правления нужна нашей стране. Рассматриваются разные варианты, и выражается мнение о том, что «сильная рука» не помешала бы. Как правило, смотрят в сторону России, а если конкретно — то на правление Путина — Медведева, которое вроде бы обеспечивает рекламируемые в масс-медиа стандарты жизни. Но процессы, которые происходят в этой стране, неоднозначны. С одной стороны — восхваление Сталина и прославление советского периода истории, возрождение атрибутов советской империи, а с другой — «модернизация» — процесс, который удивительно напоминает раннюю горбачевскую «перестройку», когда по команде сверху выходят на сцену чиновники и штатные политики и критикуют даже «Самогу», а затем себя бичуют, требуя многопартийности.

Чтобы нарушить это однообразие поисков «сильной руки», попробую сегодня представить другую страну, которая совсем недавно на 10 лет попала в тоталитаризм, начав с самых лучших надежд. Речь идет о Перу.

Живя в Украине, мы почти совсем не знаем, что же делается на американском или африканском континентах, а эта информация может быть очень поучительной.

Когда мы говорим о том, что ожидает Украину при том или другом сценарии развития, то часто слышим такие высказывания, что хуже, чем сейчас в экономике и материальном благополучии большинства населения, — уже не будет. На самом же деле все может быть значительно хуже.

Показатели ВВП на душу населения в Украине и в вышеназванной Перу приблизительно одинаковые. Однако если посмотреть, как живет большинство перуанцев (половина живет в глиняных домиках, в которых даже наши нищие начала ХХ ст. отказались бы жить), то становится понятным, что их показатели и наши — это что-то отличное, потому что, слава Богу,  концентрация богатства в Украине еще не достигла такого состояния, как в Перу.

При этом нужно сказать, что Перу — это по конституции — парламентская республика уже 200 лет, а Украина — 18. Однако в разговоре с одним перуанцем, когда я представился: «Владимир», он спросил: «Ленин?». Эта фамилия оказалась известной этому инженеру не потому, что он является сторонником марксизма-ленинизма, а просто потому что в 1990-е гг. вторым в стране человеком после президента Альберто Фухимори (японца по происхождению) был Владимиро Ленин Монтесинос, который боролся с красными бригадами коммунистов.

Коммунисты взрывали мосты, занимались террором и хотели построить коммунизм в Перу подобно тому, как это делал Пол Пот в Камбодже. А Фухимори вместе с руководителем его силовых органов Лениным уничтожал их десятками тысяч и устанавливал в стране либеральную экономику.

И один из главных выводов, который делаешь, когда читаешь о феномене Фухимори, — что расслоение населения не должно быть большим и что пресловутый средний класс — это действенная защита страны от потрясений. Об этом нужно все время напоминать самим себе и власти. И олигархам. Хотя им бессмысленно напоминать, потому что они, возможно, смотрят на пример Перу с других позиций — с надеждой. Ведь без роста ВВП в условиях либеральной экономики и очень сильно расслоенной страны авторитаризм  можно будет использовать для дополнительной концентрации капитала — тогда бедные будут становиться еще беднее — вплоть до глиняных мазанок, а богатые — еще богаче.

События, которые разворачивались в последнее время на политической арене Украины, способствовали тому, что демократия у части украинских граждан начала ассоциироваться с политическим хаосом, постоянными конфликтами между ветвями власти, полной безответственностью властных структур. Финансово-экономический кризис стал лишь подтверждением того, что политические силы неспособны консолидировать усилия и отступиться от собственных амбиций даже в критической для страны ситуации. Как следствие — страна возглавила антирейтинги пострадавших от кризиса, а население получило сокращение доходов и безработицу. Это стало одной из главных причин возникновения критического отношения не только к бездарной власти, но и к демократическому укладу в целом. Оказалось, что 30% граждан в случае прихода к власти «сильной руки» готовы уступить часть гражданских прав и свобод в обмен на материальное благополучие. При этом около 60% населения считает, что именно приход к власти «сильной руки» сможет навести порядок в Украине и улучшить материальное положение людей. Спрос на сильного лидера стал ключевым фактором в формировании политической кампании кандидатов в президенты на выборах 2010 г. И хотя ни один на словах не подвергает сомнению демократические ценности, своей деятельностью большинство политиков дискредитирует явление демократии вприниципе.

Хотя у украинского народа образ «сильной руки» во власти вряд ли ассоциируется с образом диктатора. Потребность в «отце», который решит все проблемы, обусловленная, с одной стороны, желанием прекращения политического хаоса и наведения порядка в стране в рамках правового поля, а с другой стороны, тем, что часть населения вообще не способна взять на себя ответственность за себя и свою семью (здесь действует модель пассивного поведения, навязываемая гражданам в советские годы).

Экономический кризис, который охватил уже упомянутую Перу в 1980-х гг. и который похож на нашу нынешнюю ситуацию, набирал обороты и к 1990-му году приобрел неконтролированный характер. Как следствие — гиперинфляция, обедневшее население, падение эффективности государственной власти, слабость гражданских институтов, распространение насилия. За 10 лет демократии в Перу были испытаны все виды неолиберализма, который в итоге закончился социализмом и неортодоксальным популизмом... но каждый новый политический деятель не оправдывал ожиданий населения.

Поэтому на выборах в 1990 г. шанс имел лишь политик, который раньше не был при власти. За победу соревновались Варгас Льоса и Альберто Фухимори. Последний выдвинул технократическую «антинеолиберальную» платформу. Основной его лозунг на выборах был такой: «Труд, честность, технология». Во втором туре Фухимори одержал победу, поскольку население боялось повторения неолиберальных реформ, за которые выступал его оппонент.

Фухимори получил страну с неэффективной экономикой и огромным внешним долгом (наследие бездарной деятельности предыдущей власти), а также гражданскую войну, которая унесла жизни 30 тысяч людей.

Но, придя к власти, Фухимори очень быстро изменил свой политический курс и начал воплощать программу стабилизации и структурной перестройки (то есть опять либеральные реформы). Он фактически ликвидировал контроль государства над экономикой, снизил налоги, обеспечил облегчение доступа иностранных компаний на внутренний рынок и создал благоприятные условия для инвестирования.

На удивление, теми же самыми действиями, которые применяли и некоторые из его предшественников, Фухимори удалось достичь поразительных результатов. Инфляция в стране уже за год снизилась с 7650% в 1990 г. до 139%, а в 1999 — до 4,8%. В то же время значительно улучшилась динамика ВВП. От падения в 5,4% до роста 4%.

За счет широкомасштабной, почти принудительной приватизации предприятий государственного сектора существенно увеличились иностранные инвестиции. Перу даже вошла в десятку развивающихся стран, в которые было направлено больше всего инвестиций.

Также Фухимори удалось наконец придушить Сендеро Луминосо и другое масштабное повстанческое движение — Тупак Амару.

Но была еще одна существенная проблема на пути воплощения планов. Фухимори столкнулся с колоссальным противостоянием Национального конгресса (парламента), который не поддерживал его реформы, поскольку президентский блок не имел там большинства. Тогда Фухимори окончательно встал на путь авторитаризма: объявив о недееспособности Конгресса, распустил последний 5 апреля 1992 г., нарушив конституцию. Кроме того, он объявил о приостановке действующей конституции и распустил судебные органы.

2 ноября были проведены выборы в Демократический «учредительный» конгресс, где правящий блок получил 44 из 80 мест. А в декабре 1993 г. на референдуме была поддержана новая конституция, которая предоставляла главе государства очень широкие полномочия, в том числе распускать парламент и судебные органы, а также право повторно избираться сразу после предыдущего срока, что запрещалось предыдущей конституцией. Таким образом Фухимори удалось узурпировать всю власть в республике.

Но все же первый срок его президентства был достаточно успешным, особенно в экономической сфере, поэтому на волне предыдущих экономических достижений в 1995 г. Фухимори опять был избран президентом. Тогда же был сформирован однопалатный Конгресс Республики, где также доминировали его сторонники (67 мандатов из 120).

После второго избрания, окружив себя соратниками и чувствуя полную безнаказанность, Фухимори устроил настоящий «беспредел» на территории Перу. Второй президентский срок он занимался почти исключительно закреплением власти, не забывая при этом о популистских мероприятиях — трети населения раздавали бесплатно молоко и муку.

В 1995 р. Фухимори провел через «ручной» парламент поправку к статье конституции, которая позволяла ему баллотироваться на третий срок, придумав для этого абсолютно бессмысленный повод. На основании того, что конституция была принята лишь в 1993 г., его третий срок должен был считаться вторым со времени принятия новой конституции. А когда Конституционный суд эту поправку не утвердил, Фухимори просто вывел из его состава четырех судей из семи. В 1997 г. Конгресс Республики принял закон, который позволял Фухимори выдвигаться в третий раз.

Фухимори выиграл выборы и в июле 2000 г. Но если свои первые выборы он выиграл демократическим путем, за собственные средства проводил предвыборную кампанию и добыл честную победу, получив кредит доверия от населения, то во время третьей кампании победа была достигнута за счет использования админресурса и фальсификаций. Было очевидно, что режим держался уже на волоске. Поддержка населения была минимальной. Поворотной точкой стала демонстрация одним из телеканалов 14 сентября ролика, где Монтесинос дает депутату взятку в размере 15 тысяч долларов за переход в провластную фракцию. Были и другие видеозаписи, где Владимиро Ленин Монтесинос кичится кучами денег на столе, полученных в виде взяток от бизнесменов.

В этой ситуации Фухимори не имел другого выбора, как объявить о снятии с себя полномочий. Тот, кто пришел в политику под лозунгами борьбы с коррупцией, в итоге довел страну до такого уровня коррупции и хищения, что его предшественникам и не снилось.

Начав с присвоения гуманитарной помощи, Фухимори занялся и наркобизнесом. После того, как он отстранил от дел всех, кто «крышевал» перуанский наркобизнес, этим начали заниматься его брат и верный шеф госбезопасности Ленин Монтесинос. Именно из-за покрывательства наркобизнеса от Фухимори в конце концов отвернулись и США.

Бывший президент сбежал из страны в Японию, а затем все же вернулся и был арестован в Чили. Ему инкриминировали ужасные преступления, в том числе уничтожения людей без суда и следствия, допросы и истязания, а также стерилизацию 200 тысяч женщин из индийских поселений. Права людей во время его управления ничего не стоили, а их жизнь постоянно находилась под угрозой. 25-летним сроком заключения завершилось правление политика, которого в свое время называли эффективным реформатором и управленцем.

Владимир ПАНЧЕНКО
главный редактор,
член Национального союза журналистов Украины