Предлагаем Вашему вниманию материал нашего кореспондента из Польши, сохраняя при этом манеру письма автора, которая сейчас кажется немного архаичной, однако была вполне характерной для Центральной Украины довоенного периода. Попробуем заглянуть в акты судебных процессов против преступников, действия которых направляла советская власть.

Один из таких процессов проходил в наивысшем суде Федеральной Республики Германии (ФРГ) в Карлсруе в 1962 году над убийцей Льва Ребета и Степана Бандеры Богданом Сташинским. Материалы процесса, как и сам факт убийства Л. Ребета и С. Бандеры, в СССР десятилетиями были под запретом или публиковались в неправдивом виде. К сожалению, в Украине до сих пор так и не опубликованы материалы того процесса, в частности приговор Богдану Сташинскому. Поэтому, чтобы хоть в какой-то степени сообщить общественности правду о терроре КГБ СССР против украинского освободительного движения, предлагаем читателям сентенцию приговора наивысшего суда ФРГ у Карлсруе 1962 года Богдану Сташинскому — в переводе на украинский язык и с несущественными сокращениями и выжимками из выступлений сторон.

Адвокат подсудимого Гельмут Зайдель в своем выступлении высказался в защиту Б. Сташинского, отмечая, что процесс является знаменитым эпизодом освободительной борьбы одного из великих народов — народа украинского и что за его ходом с большим напряжением и вниманием следит весь мир... Г. Зайдель заметил, что в 1950–1957 гг. Сташинский попал в жернова мельницы идеологии, и его волей постоянно руководил кто-то другой. Подсудимого нельзя трактовать как ответственного исполнителя, а только как помощника в исполнении преступлений. Сташинский получал приказы убивать от правительства своей страны, ведь диалектический материализм стал для тех, кто его признавал, чем-то наподобие религии. Подсудимый был только слепым орудием Комитета Государственной Безопасности СССР.

Следующую цитату адвоката даем для лучшего понимания сентенции приговора суда, в обосновании которого председатель Гайнрих Ягуш подал анализ политического фона, на котором совершено два криминальных убийства по приказу государственных органов СССР. Вот она:

“В апреле 1957 г. для Сташинского приближается внутренняя и внешняя катастрофа. Он должен выследить в Мюнхене идейного руководителя одной украинской политической группы. Летом того же года коротко и ясно ему приказывают убить Ребета. Специальный посланник Москвы показывает ему, как обращаться с отравляющим оружием... Это оружие вызывает внезапную смерть и не оставляет никаких следов...

Советская тайная служба безопасности теперь уже не убивает своевольно, теперь убивают человека по четкому приказу правительства. Политическое убийство теперь, так сказать, институциировано.
Если бы не советская система, которая расценивает убийство, выполненное в государственных интересах, как допустимое и необходимое средство, то подсудимый был бы сегодня учителем где-то в Украине...

По поручению официальных кругов в Москве КГБ направляет подсудимого на экзильного политика Степана Бандеру, который также живет в Мюнхене как предводитель одной украинской группы... Сташинский пробирается в дом и действует там, словно какой-то рафинированный автомат, — выстреливает из своего ядовитого оружия в лицо жертвы и в спешке исчезает...

Подсудимый умеет предоставить такие детали, о которых фактически может знать тот, кто был причастен к данному делу... Провокацию с советской стороны нужно исключить. В этом случае он должен был бы по советскому поручению подать себя как единоличного исполнителя преступлений. В любом случае не поручили бы ему сделать признание, которое специально компрометирует СССР. Нет, ни при каких условиях он не мог бы рассказывать об обговоренном плане транспортировки ядовитого оружия с помощью дипломатического курьера СССР... Кто во время судебного процесса видел поведение подсудимого и слышал его признание, вряд ли будет сомневаться в правдивости его признаний...

Подсудимый в обоих случаях не был исполнителем поступка. Хоть сам выполнил нужные для убийства поступки, он был лишь орудием и помощником. Виновниками, то есть исполнителями убийства, являются те, кто составлял планы относительно лица, места, и самого хода убийства, которые были отработаны вплоть до малейших пустяков... Сташинский держался в рамках, точно определенных ему руководством”.

Как видим, сентенция приговора суда, как и речь адвоката, доказывает, что убийцей Л. Ребета и С. Бандеры было правительство СССР, поэтому Б. Сташинського приговорили только к восьми годам тюрьмы, хотя Федеральный прокурор др. Кун добивался для Сташинского пожизненного заключения.

Приведем еще несколько слов из выступлений адвокатов. Адвокат Нейвирт свою речь закончил словами: “Лев Ребет и Степан Бандера, которые пали на поле свободы Украины, пали тем самым также и на поле европейской свободы”.

Адвокат Мийер в своей речи сказал среди прочего: “Процесс осветил освободительную борьбу украинского народа. Корни украинского движения находятся в Украине, а не в эмиграции. ОУН из-за границы только поддерживает эти попытки на родине. Трагизмом этого процесса считаю смерть двух заслуженных борцов за государственную самостоятельность Украины”.

Читаешь ход суда в Карлсруе 1962 года, который длился пять дней, и вспоминаются заказные убийства в ХХІ веке...

Степан СЕМЕНЮК
ветеран Организации
украинских националистов
Польша

При написании статьи была использована публикация “Сташинський —
антиукраїнський терор КҐБ в Європі” Владимира Романчука
в „Українському альманасі 2007”