Днепропетровск не зря называют столицей боевого ракетостроения: здесь были созданы четыре поколения ракетных комплексов стратегического назначения. Отслужив свой срок, боевые ракеты уходили в «запас», уступая место новым, более мощным и совершенным комплексам. Тридцать лет ракетный конвейер Южмаша не останавливался ни днем, ни ночью.

Создавая стратегическое оружие по вынужденной необходимости, академик М. Янгель решал и другую, не менее важную задачу — превращение «ракетных мечей» в «космические орала». Его идеи были реализованы практически на всех южмашевских ракетах, составивших целую серию относительно недорогих, надежных и эффективных космических носителей «Космос», «Интеркосмос» («Космос-2»), «Циклон», «Циклон-2», «Циклон-3». Многие годы днепропетровские носители «пахали» космическую целину, выполняя значительную часть научных, народнохозяйственных и оборонных программ. Продолжая эту традицию, днепряне превратили в космический носитель «Днепр» и самый мощный в мире ракетный комплекс SS-18 (Satan).

Среди множества космических носителей, созданных на Днепре, особое место занимает «Зенит» — выдающееся творение ракетно-космической техники, ракетная жемчужина мира, символ космической отрасли Украины.

После первых чисто научных и исследовательских полетов космос начал превращаться в арену противостояния двух мировых супердержав. До «звездных войн» дело не дошло, но Холодная война перенеслась и в космос: вся планета оказалась под присмотром космической разведки. Каждая из сторон хотела иметь самую лучшую технику, получать оперативную и достоверную информацию, всегда быть готовой к непредвиденным событиям.

В этот момент в городе на Днепре продолжали создавать новое поколение разведывательных космических аппаратов, среди которых особое внимание уделялось «Целине-2». Этот аппарат существенно отличался более высокими тактико-техническими и эксплуатационными характеристиками, готовился для запуска на «Зените». Когда космический аппарат фактически был готов к своей миссии, создание «Зенита» приостановилось на неопределенный срок.

Разработчики нового носителя оказались заложниками своих же новаторских решений. Была масса проблем с созданием самого мощного на то время ракетного двигателя с тягой 740 тонна-сил, работающего на нетоксических компонентах топлива. Впервые в мире создавался наземный комплекс, обеспечивающий минимальное время и полную автоматизацию всех процессов заправки ракеты, ее предстартовой подготовки и пуска без присутствия обслуживающего персонала — так называемый безлюдный старт.

Особые требования предъявлялись к системе управления, которая должна обеспечивать высочайшую точность выведения космических аппаратов на заданные орбиты. Целый букет проблем пришлось решать по конструктивному и технологическому совершенствованию. Ни одна ракетная фирма мира не решалась на создание такого носителя; подобного уровня совершенства и сегодня не может продемонстрировать ни один ракетно-космический комплекс. Председателем Государственной комиссии по испытаниям космического аппарата «Целина-2» и космического носителя «Зенит» назначили летчика-космонавта, генерал-лейтенанта Германа Титова, который к тому времени окончил Военно-воздушную Академию имени Н. Жуковского, Академию Генерального штаба и работал в Центре управления космическими аппаратами военного назначения.

У Титова была «первая любовь» — «фирма Королева», известная как «мама» всех космонавтов, а тут незнакомое, практически неизвестное сверхзакрытое конструкторское бюро, ранее не имевшее никаких связей с космонавтами. Назначение Титова председателем Госкомиссии проходило с дальним прицелом: «Зенит» создавался как космический носитель будущего, с полностью автоматизированным стартом, и на смену труженице «семерке» — для будущих пилотируемых полетов. В этом плане летчик-космонавт Титов был самой подходящей кандидатурой.

Сдача в эксплуатацию стартового комплекса «Зенит» задерживалась, и первые космические аппараты «Целина-2» пришлось выводить челомеевскими «Протонами». Титов проявил невероятную настойчивость, чтобы стартовый комплекс «Зенита» (две пусковые установки) сдали в эксплуатацию без замечаний.

Рассказывает лауреат Государственной премии СССР, инженер-проектант Владимир Федоров:

— На заседании Госкомиссии 11 апреля первый старт «Зенита» назначили на 12 апреля — День космонавтики. По техническим причинам пуск не состоялся, его перенесли на следующий день. Многие волновались, как пройдет пуск: 13 число, понедельник… Руководителем пуска был Виктор Грачев, от военных испытателей — полковник Владимир Недобежкин…

13 апреля 1985 года ровно в 14 часов состоялся первый пуск «Зенита». Полезный груз имитировали «рельсами», но «рельсы» на орбиту не попали — нам чуть-чуть не хватило везения. А произошло вот что: команда на отделение полезного груза практически совпала по времени с аварийным прекращением полета. Разница в каких-то тысячных долях миллисекунды, но этого еще никто не знал. Руководство пуска доложило, что пуск прошел успешно, но тут пришел запрос МИДа: «Американцы интересуются, что за фрагменты появились на орбите?»

Начали выяснять, что же произошло. На следующий день все стало ясно. Председатель Госкомиссии Г. Титов собрал всех причастных к неудачному пуску и назвал все вещи своими именами, а потом говорит: « Пришло время, когда с нас спросят за потраченные государственные средства. Многие могут оказаться в местах не столь отдаленных, например, в Магадане, включая и меня, как председателя Госкомиссии».

Зал замер, а Титов продолжил: «Только учтите, сидеть будем по-разному: я — как Почетный гражданин Магадана, а вы…»

Несмотря на весь трагизм ситуации, зал взорвался хохотом. Умел Герман Степанович разряжать обстановку!

Летно-конструкторские испытания «Зенита» проходили не так гладко, как хотелось бы. На третьей летной машине установили небольшой спутник, а недостающую массу до десяти тонн заменили «песком». Пуск прошел успешно. Ракетчики шутили: впервые в мировой практике на орбиту доставлен «песок»…

После четвертого пуска разразился скандал: почему не раскрылся обтекатель со спутником? Откуда взялась энергия, чтобы на орбиту вытащить вторую ступень? Титов быстро разгадал «ребус» днепрян: южане хитрили — новый носитель имеет громадные резервы. Последние пуски подтвердили: «Зенит» успешно выводит полезные грузы весом 14 тонн и больше.

В то время, когда на Байконуре проходили испытания «Зенита», там же готовили к летным испытаниям и многоразовую космическую систему «Энергия-Буран», в которой четыре блока первой ступени «Зенита» использовались как ускорители «Энергии». Фактически тогда «Зенит» получал двойную загрузку: на него «молились» и москвичи, и днепровцы…

В эти напряженные предстартовые дни на Байконур прилетел генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачев. Он посетил памятные места космодрома, стенд-старт «Энергии». После осмотра всего комплекса первый заместитель Генерального конструктора, воспитанник днепровской школы ракетостроения Борис Губанов предложил Горбачеву посмотреть запуск «Энергии»: «Понимаем, Ваше время чрезвычайно уплотнено, но пуск-то почти эпохальный — впервые в нашей стране стартует ракета такого типа». И добавил: «Если бы я был Генеральным секретарем, я бы остался на пуск».

«Потому ты и не Генеральный секретарь, а главный конструктор» — прервал вольность Губанова новый председатель ВПК Зайков. Все засмеялись… Потом Лев Николаевич Зайков объяснил: «неужели тебе не ясно: если Горбачев останется на пуск и произойдет авария, то весь мир будет говорить, что даже Генсек не помог, а если все будет в норме, то скажут, что Генсек раскручивает гонку вооружений…» Особенно ясно было последнее…

На следующий день 13 мая 1987 года (снова число 13!) состоялся девятый пуск «Зенита», который наблюдал Горбачев. Пуск прошел блестяще. В дальнейшем «Зенит» летал, как говорится, без сучка без задоринки.

Учитывая успешный ход летных испытаний «Зенита», Госкомиссия признала целесообразным ограничить летные испытания одиннадцатью пусками и рекомендовала космический носитель «Зенит» с «Целиной-2» принять на вооружение. Это была блестящая победа днепровских ракетостроителей и всех их смежников. Создание «Зенита» было отмечено высшими премиями страны, был подготовлен и указ о награждении отличившихся орденами и медалями, но до награждения дело не дошло…

Подписание наградных документов было намечено на 4 октября 1990 года, в тот день состоялся и пятнадцатый запуск «Зенита». Он закончился крупной аварией с разрушением пусковой установки. Потом были еще два пуска и снова — две неудачи. Три пуска подряд (15-й, 16-й и 17-й) оказались аварийными. Анализ неудачных пусков еще раз подтвердил: ракетная техника не терпит суеты, халатности и панибратства. Пришлось снова «закручивать гайки»…

В конце концов носитель довели «до звона» и «Зенит» стал тем «Зенитом», о котором теперь говорят в превосходных степенях.

Когда началась реализация грандиозного международного проекта Sea Launch («Морской старт») ни один носитель мира не смог составить конкуренцию «Зениту». Чем он привлек зарубежных специалистов? Прежде всего уровнем автоматизации — в мире другого такого носителя нет! На подготовку ракеты к пуску достаточно десяти дней, тогда как для всех остальных — необходимы месяцы. Подготовка и пуск «Зенита» с плавучей платформы полностью автоматизированы — на стартовой площадке нет ни одного человека. Еще одна важная деталь: сборка «Зенита» горизонтальная, а в условиях морского старта это чрезвычайно важное обстоятельство. Невозможно представить вертикальную сборку трехступенчатой ракеты на стартовой платформе, качающейся на океанских волнах. «Зенит» в отличие от многих других носителей — экологически чистый, и все проблемы экологии автоматически исключены.

Первый пуск модифицированного «Зенита» с морской платформы («Зенит-3SL») состоялся 27 марта 1999 года, продемонстрировав блестящий образец делового, творческого и технического сотрудничества специалистов США, Украины, России и Норвегии. На сегодняшний день состоялось 30 пусков «Зенита» с морской платформы. Днепровский носитель показал себя с наилучшей стороны, его начали использовать в новом международном проекте «Наземный старт», который стал словно бы продолжением «Морского старта», но его пуски проводятся уже с космодрома Байконур.

Запомнились слова эксперта Европейского банка реконструкции и развития, сказанные им после посещения стартового комплекса «Зенит» на космодроме Байконур: «…Я побывал на всех космодромах мира, оценивая эффективность инвестирования новейших проектов японцев, китайцев, французов, канадцев, бразильцев. Я не видел ничего подобного, я потрясен, это наивысшее достижение ХХ века!»

Ныне многое, что было создано в Украине, теперь украшает музеи и площади других стран. В Калуге возле космического музея установлен днепровский первенец — стратегическая ракета Р-12 (8К63); в Москве — космический носитель «Космос»; в Санкт-Петербурге на вечную стоянку у Варшавского вокзала поставили первый и единственный в мире Боевой железнодорожный комплекс, а в Днепропетровске и Павлограде, где создавалась эта техника, ничего нет…

На набережной Днепра горожане хотели установить космический носитель ХХІ века «Зенит», участвующий в грандиозных международных проектах, но не нашлось средств, или они куда-то «уплыли»… Представьте себе на набережной космический колосс высотой 57 метров и диаметром 4 метра, стартовый вес которого равен 455 тоннам. Зрелище будет впечатляющим и никого не оставит равнодушным. Возле ракеты можно открыть небольшой музей (как и планировалось), уютное кафе «Космос», или хотя бы установить рекламный щит, на котором вместо кандидатов в депутаты можно было бы увидеть этапы космических свершений днепровских ракетостроителей.

Сколько раз я наблюдал, как приезжающие на Южмаш, в КБ «Южное» смежники, гости, иностранцы стремятся сфотографироваться у ракетного комплекса SS-18 («Satan»), у памятников Михаилу Янгелю и Александру Макарову, считая это за величайшую честь. Но я ни разу не видел, чтобы кто-то остановился при въезде в город со стороны аэропорта на проспекте Гагарина и сфотографировался у одного из самых бездарных и пошлых монументов Днепропетровска, который, надо полагать, посвящен городу ракетостроителей.

Наш город должен иметь свое лицо, представлять свои истинные ценности, свои достижения, свою неповторимость и уникальность, тогда он станет настоящей Меккой для наших и зарубежных туристов, городом-памятником нашей истории.

Дело тут не только в ракетах и космических аппаратах, все гораздо глубже — в национальной идее, о которой у нас любят говорить на всех уровнях, но никто ничего не делает…

Владимир ПЛАТОНОВ
журналист, писатель

Фото из архива автора

От редакции

В целом соглашаясь с идеями автора, хотелось бы сделать следующее замечание.

Памятник самому выдающемуся творению днепропетровских ракетостроителей — ракетоносителю «Зенит» рискует превратиться в надгробие. Ведь с момента развала Советского Союза осколки ракетно-космической отрасли (одним из которых является днепропетровский Южмаш), созданной как единственный организм, находится в жалком состоянии, которое с годами, к сожалению, только ухудшается. Ведь в советское время о конкурентоспособности и рентабельности продукции, особенно в ВПК, вообще речь не шла. Поэтому в современных условиях свободной конкуренции и открытого рынка именно высокотехнологическая отрасль оказалась наиболее уязвима.

Если власть срочно не приложит усилий для сохранения чудом уцелевшего интеллектуального и технического потенциала и не разработает действенных программ развития ракетно-космической отрасли, мы можем повторить пример старых колониальных империй — Испании, Британии и других, которые свои прошлые успехи выставляют в музеях и тем самым обеспечивают наплыв туристов, а значит — поступление в бюджет, и радуют свое эго.

Но будем надеяться, что еще не все потеряно и Украина все же останется космическим государством.