Борьба за чистоту и полнокровность украинского языка продолжается. Недавно выяснилось, что нашей «мове» не хватает ненормативной лексики: большинство украиноязычного народа ругается то ли русским матом, то ли по-английски. Проблему решила доктор филологических наук, заведующая отделом социолингвистики Института украинского языка Леся Ставицкая. В начале 2008 года она выпустила в свет словарь украинской нецензурной лексики «Украинский язык без табу».

Это третья книга профессора Ставицкой. Ранее она систематизировала и озвучила в соответствующих словарях украинский жаргон и сленг. После выхода «Краткого словаря жаргонной лексики украинского языка» многие удивлялись: почему так мало матерных слов, неужели наш язык такой целомудренный? Другие, наоборот, восприняли этот словарь как нецензурный и намеревались использовать его лексику в повседневном обиходе как ругательную. Видимо, именно для того чтобы окончательно просветить украинского читателя в жаргонных и матерных словах, и был создан «Украинский язык без табу».

В традиции нашего народа перекладывать свои провинности и недостатки на чужие плечи. Именно отсюда, по убеждению Ставицкой, пошло мнение, что вся украинская нецензурщина заимствована то ли из татарского, то ли из русского языка. На самом деле этот миф зародился в 19 веке, когда вышел в свет «Словарь Емблематико-энциклопедический татарских матерных слов и фраз». Но никакого отношения к монголо-татарам описанный там мат не имеет. Просто все чужое, нехристианское в те времена называлось «татарским», а плохое — «московским». Так и повелось думать, что язык у нас «соловьиный», а ругательства — заезжие.

Госпожа Ставицкая первой изучила украинский мат. В словарь вошли понятия, обнаруженные ею в фольклоре, разговорной речи друзей и знакомых и сокровищнице украинской литературы. Ведь все наши классики — Франко, Шевченко, Котляревский — тоже не стеснялись «сороміцького» словечка, это отнюдь не первооткрывательство Жадана с Карпой. Очень помог Ставицкой демиург современного украинского сленга Лесь Подервянский, подсказав этимологию некоторых слов.

В Украине издавна был сформирован такой психоментальный стереотип — «лайка — це гріх». Применять матерную лексику постоянно, при женщинах и детях считалось неприличным. Этим мы отличаемся от соседей-россиян, где мат имеет постоянное публичное выражение. Вместе с тем украинский «сороміцький фольклор» по количеству эротических образов и матерных выражений ничем не уступает ни российскому, ни другим славянским фольклорам.

Вместе с тем ругательства из сексуальной сферы, которые считаются самыми «крутыми», в украинском языке были представлены меньше, чем в других славянских языках. Наш язык в матерном плане больше похож на западноевропейские. Украинцам более привычны такие ругательные слова, как «срака», «гівно». В поговорках и идиомах нашего народа издавна доминировали упоминания выделительной функции, и это соответствует мироощущению данного народа. «Не вчи вченого, з′їж гівна печеного»; «Діло — гівно, треба розжувати»; «Оглянувся лях, як гімно в штанах»; «Зроблено через сраку». В науке это называется shit-культура. Почему в Украине ругаются именно так? На этот счет существует несколько версий. Сама Ставицкая выдвигает версию, что дело в чистоплотности нашей нации. Для народа, любящего чистоту и порядок, назвать кого-то испражнением — очень обидное ругательство.

Именно этот слой языка обладает самым большим словообразовательным потенциалом. Существует всего семь слов — матюков — и множество производных от них. В момент эмоционального напряжения люди часто используют нецензурные выражения, при этом постоянно импровизируют, создают новые формы.
Наиболее нервно ревнители чистоты украинского языка относятся к тому, что Ставицкая отыскала пошлости в народных песнях и прочем фольклоре. Наши романтические, нежные и скромные песни попросту не могут содержать ничего эротичного! Однако в словаре есть, например, такая статья: «напоїти коня (фольк.-поет.) — здійснити статевий акт». Дальше — источник: «Дівчино моя, напій же коня! — Не напою, бо ся бою, бо щем не твоя» и еще несколько примеров. И правда: во времена наших предков не было ни MTV, ни журнала «Плейбой», ни многочисленных полураздетых девиц на сцене, а секс все-таки был, что бы там не говорили. Отрицать сей факт глупо. И для любого нынешнего филолога-ханжи будет настоящим откровением познакомиться с настоящим, живым, изменчивым украинским языком. Ставицкая надеется, что ее труд поможет побороть клиническое ханжество так называемой „украинской элиты”. В нашем молодом и диковатом обществе эпатаж и оригинальность все еще измеряются толщиной кошелька и количеством блесток на платье.

— Если наше общество станет более обеспеченным, то вместо обсуждения того, за сколько тысяч долларов куплен костюм, появится категория иного эпатажа — свободного, непредсказуемого, атрактивного, — говорит госпожа Леся. — Человек должен быть свободным в своих пристрастиях и образе жизни, которые, возможно, отличаются от массы, но не нарушать правовые нормы и свободу другого. И к тому же, общество должно эволюционировать.

Профессор утверждает, что ханжеское отношение к языку пропадет только тогда, когда сам язык оживет и раскрепостится, когда на украинском перестанут говорить «из-под палки», когда радио и телевидение естественным образом перейдут на «рідну мову». А если даже наши «народные рупоры» с трудом подыскивают подходящие слова из литературной речи, то что уж тут говорить о посылании по матушке… Конечно, в последнее время и на политическом небосклоне появились истинные носители живого языка. Выражение министра Луценко: «Краще бути геєм, ніж політичним підарасом» — уже прочно вошло в историю вместе с путинским «мочить в сортире». Но до настоящей свободы еще ой как далеко…

Как же справляются с матом лексикографы других стран? Исследования легендарного русского мата проводятся уже давно. Одним из самых масштабных на сегодняшний день является будущий 12-томник культуролога Алексея Плуцера-Сарно. На сегодня в свет вышли два первых тома, один из которых посвящен исключительно постоянному гостю заборов и школьных парт — слову из трех букв, а второй — его женскому аналогу. Третий том, который сейчас готовится к печати, включает в себя этимологию всех возможных обозначений полового акта и связанных с ним понятий. В европейских культурах табу с некоторых неприличных слов давно снято, их «факи» и «шиты» заняли свое место даже в нашем ругательном лексиконе. Наверное, поэтому там матерному слову и не придают такого значения.

Мнения по поводу украинского мата вообще и словаря Ставицкой в частности рождаются разные. Одни считают, что без такого научного труда украинскому языку нельзя, ведь матерная лексика — это языковой пласт, требующий такого же тщательного лексикографического анализа, как и любой другой. Другие опасаются, что словарь станет учебником для молодежи, которая раньше и понятия не имела об украинском мате как таковом. А тут — огромное поле для творчества… В нашем крайне ускоренном и упрощенном мире и язык ускоряется и упрощается. Выразить свою мысль, в особенности эмоционально окрашенную, гораздо легче острым словцом, у которого так много вариаций. Даже корифеи современной литературы не утруждают себя пополнением словарного запаса, предпочитая заменить половину лексикона производными от матерного названия женского полового органа. Часто за всем этим нецензурным изобилием не замечаешь нормального языка…

Материться или не материться — личный выбор каждого украинца, равно как и язык, на котором материться. Но, наверное, стоит узнать, какой он — украинский мат. Будет чем удивить друзей из Московии.

Виктор ИВАНОВ