15 марта 1939 года провозглашена
Самостоятельность Карпатской Украины

22 ноября 1938 года Чехословацкий парламент принял Закон об автономии Карпатской Руси (Карпатской Украины). Правительство автономии, возглавляемое А. Волошиным, сразу приступило к творению государственной жизни, в том числе и собственного войска — Карпатской Сечи, основой которого стали отделы Украинской Национальной Обороны (УНО). Начался кропотливый труд государственного строительства в чрезвычайно сложных политических и военных условиях. Осложнило ситуацию то, что Чехословакия медлила с предоставлением автономии Карпатской Украине 20 лет.

Этот кусок украинской земли, всего около 13 тысяч квадратных километров, был на перекрестке интересов Польши и Венгрии, Румынии и Москвы и, очевидно, Чехии. Венгрия, влияние которой здесь было значительным еще при австро-венгерской оккупации, не оставляла намерений вернуть ее под свое владение. Только определенные ограничения, навязанные Венгрии Антантой, сдерживали ее в межвоенное время от проявлений военной агрессии. Румыния, напротив, оказывала ей пассивное сопротивление, имея с Венгрией нерешенный узел Добруджа. Польша уже сразу по получению независимости в 1920-х годах начала посматривать неприязненно на Чехословакию, в частности за Тешинский Шлеск, и на Закарпатскую Русь тоже. Целью польской внешней политики, кроме получения дополнительных территорий, было добиться общей границы с Мадьярщиной. Правящая элита в Польше и сам Пилсудский считали Чехословакию образованием временным, и поэтому активной добрососедской политики с ней не проводили. Активные польско-мадьярские контакты переплетались здесь спором Польши за территории с Чехословакией. Была это также борьба за политические влияния в этом регионе. Польша, правда, не выдвигала территориальных желаний относительно Закарпатской Руси и Словакии, однако выступала за присоединение, точнее — за возвращение Закарпатской Руси Венгрии, что создавало бы общую польско-венгерскую границу. Венгрия, со своей стороны, надеялась на помощь Польши в деле облегчения тяжелых условий, созданных Антантой, чего, однако, Польша была не в состоянии сделать, не имея тогда сильной позиции на международной арене.

С начала 1930-х Польша опять начала проявлять заинтересованность Закарпатской Русью, что было вызвано внутренним ее положением и ожиданием быстрого распада Чехословакии, вызванного сепаратистскими движениями словаков и русинов, среди которых распространялось и крепло украинское националистическое движение. Чтобы этому помешать, правительство Польши начало поддерживать на Закарпатье русофильское движение греко-католического священника С. Фенцика из Российской Национально-Автономной Партии (РНАП). С. Фенцик подружился с польским консулом в Ужгороде Г. Сьвяжбинским, от которого получил деньги на издание еженедельника «Карпатский Голос». Впоследствии получил также от польских властей субсидию на издание газеты «Наш Путь».

В январе 1938 года Польша уже была проинформирована о планах Гитлера относительно Австрии и Чехии и выразила неодобрение его намерений относительно Австрии, но одновременно посчитала их благоприятным случаем реализовать свои намерения относительно Чехии. Это дело поляки обсуждали с премьером Венгрии М. Хорти во время его визита в Варшаву в феврале 1938 года, но никаких практических шагов тогда сделано не было.

В марте 1938 года Министерство иностранных дел Польши передало С. Фенцика под опеку Будапешту, мотивируя это тем, что мадьяры имеют большое влияние и возможности реализации общих интересов. В мае 1938 года посол Польши в Праге К. Попее заявил мадьярскому послу Я. Веттестейну, что «по отношению к Закарпатской Руси Польша имеет только пассивную заинтересованность, не хочет допустить, чтобы восстал там центр украинский, который угрожал бы внутреннему покою в Польше», имея в виду, вероятно, растущую активность украинского самостийницкого движения на украинских землях, которые тогда принадлежали Польше.

4 октября 1938 года, по подстрекательству польской дипломатии, Венгрия приняла решение о реализации своих политических целей и территориальных претензий. На границе с Карпатской Украиной мадьяры собрали свои военные отряды под командованием начальника V отдела Главного Штаба армии полковника С. Гамлека, а несколькими днями позже перебросили на Карпатскую Украину несколько сотен диверсантов, но диверсионная акция мадьяров потерпела поражение. Будапешт одновременно выступил с предложением, чтобы польское войско захватило Закарпатскую Русь — самостоятельно или совместно с мадьярами, однако Польша это предложение отбросила. Вместо этого она оказала дипломатическую поддержку действиям мадьяров, а также укрепила своими войсками границу с Румынией, предотвращая возможную интервенцию Румынии.

7 октября 1938 года начальник Главного Штаба польского войска генерал В. Стахевич выдал приказ подготовки диверсионной акции на Закарпатье, одновременно министр иностранных дел Польши Ю. Бек осуществил визит в Румынию и старался убедить короля Румынии дать согласие на оккупацию Закарпатской Руси Венгрией, но Румыния не приняла предложения. 19 октября 1938 года генерал В. Стахевич выдает приказ провести саботажную акцию на Закарпатье под тайным названием «ЛОМ». Акция началась 22-23 октября, ее возглавил подполковник Ф. Анкерстейн. Она имела античешский характер, но по сути была антиукраинской провокацией. Мадьярская диверсионная акция на Закарпатской Украине потерпела неудачу, а поляки 5 ноября должны были реорганизовать свою акцию, высылая на Закарпатье войска с кадровыми офицерами. Формально польская диверсионная акция на Закарпатье «ЛОМ» была остановлена на исходе ноября, действительно длилась она дольше.

Перед военной диверсионной акцией и во время ее проведения Главный Штаб польского войска проводил пропагандистскую кампанию, которая имела целью переложить вину на украинцев. С этой целью Главный Штаб издавал воззвания к русинам и украинцам на русском и украинском языках, последней была фальшивка «от ОУН», но население не удалось спровоцировать.

В результате агрессии гитлеровской Германии Чехословакия потеряла государственную независимость, по воле Гитлера Карпатская Украина была оккупирована мадьярами, Польша на короткое время таки получила общую границу с Венгрией, но не благодаря своей немудрой диверсионной акции «ЛОМ», А благодаря нацистам. Но через несколько месяцев Гитлер со Сталиным разделили Польшу. Так близорукая политика правящих кругов Польши довела до трагедии не только Карпатской Украины, но и польского народа, а в сознании украинцев и чехов последствия этой политики до сих пор звучат как отголосок акции «ЛОМ», которая не принесла пользы никому, принесла только страдание и смерть людей. А в Польше диверсионная акция на Карпатской Украине была засекречена, и польская общественность много десятилетий о ней ничего не знала.

Хотя из вышесказанного, на первый взгляд, не видна деятельность Москвы как стороны конфликта, однако она активно участвовала в борьбе с национальным украинским движением на Закарпатье двумя путями: посредством москвофильских организаций, в том числе и церковнослужителей на местах и в США, и путем ожесточенной антиукраинской пропаганды в прессе и радио. В стремлении Закарпатья к собственной государственности Москва видела (не без оснований, в конечном итоге) угрозу для СССР. В 1944 году НКВД, точнее — "смерш" арестовал участников Карпатской Украины и упек в лагеря, а Президента А. Волошина замордовали в московском Лефортово.

Сегодня Москва снова «озаботилась» (политически и материально) антиукраинскими силами на Закарпатье. И посредством тех же организаций — Российской Православной Церкви, промосковских организаций в США, Канаде и Польше. Повторяется год 1938, пока без вооруженной интервенции. А что делает наше правительство и Президент? «Разбирайтесь сами, это ваше местное дело», — кажется, что так думает наша власть, если она вообще что-то думает на этот счет. Так мы пренебрегаем вековым стремлением поколений закарпатцев объединиться с матерью — Большой Украиной. Попираем пролитую кровь Карпатской Сечи в 1938-39 годах и Акт 15 марта 1939 года.

Есть еще один наш грех, а именно: мы забыли и не осознали, что все мы — украинцы — еще вчера были русинами, русичами, и тем самым отрекаемся от истоков своей истории. В Европе нет народов, которые на протяжении веков не изменили бы своего названия. Возьмем, например, мадьяров, румынов, немцев, россиян, французов, греков... Очевидной является потеря исторической памяти, которую нам выполоскали из нашего сознания. Но все же 15 марта 1939 года было!

Степан СЕМЕНЮК
ветеран Организации
украинских националистов