Поэтов из Украины, пишущих на русском языке, чья известность перешагнула границы нашей страны, можно пересчитать по пальцам. Один из самых ярких и «драйвовых» из них — киевский поэт Александр Кабанов. Он — обладатель престижных поэтических премий, автор 7 книг, главный редактор киевского журнала культурного сопротивления «ШО» и организатор самого масштабного и амбициозного Международного поэтического фестиваля "Киевские Лавры", который проходит в Украине уже четвертый год.

Корреспондент "Экспедиции ХХІ" побеседовал с Александром Кабановым о состоянии современной украинской литературы, о ее перспективах и не только.

— В твоем поэтическом творчестве была восьмилетняя пауза — примерно с середины 90-х годов ХХ века до начала ХХІ века. Почему?

— Можно было бы ответить кратко: стихи просто не сочинялись. Но давайте вспомним, что происходило в начале-середине 1990-х. Как по мне — это было унылое для поэзии время. Постоянные бандитские разборки, путчи, убийство Листьева, чеченская война… Люди, окончательно разочарованные в перестройке, заделались «челноками». «Толстые» литературные журналы — «Новый мир», «Знамя» и др. — катастрофически упали в тиражах. Тот же легендарный «Огонек» стал почти никому не интересен… В воздухе тех времен витало все, что угодно. Но поэзии в этом витании было немного.

— В новой социокультурной реальности ІІІ тысячелетия твоя поэтика претерпела некий апгрейд: появились особая легкость, увлекательность и жизненная веселость, причудливая система образов и экспериментальные сюжеты на уровне не только текстовом, но и на концептуальном. Видимо, и расчет был не на одного лишь прежнего читателя, но уже и на нового — молодого, интернетного. Что довелось убрать из творчества в новом веке, а что — привнести в него?

— Мне, в общем-то, начхать на какую-либо социокультурную реальность любого тысячелетия. Важно лишь одно: пишутся или не пишутся стихи. И все это происходит на уровне личного кайфа. Естественно, что социум, некие жизненные моменты постоянно пытаются этот самый кайф обломать, вовлечь тебя в очередной политико-бытовой дискурс. Но пока держимся, укрепляем крепостные стены.

Я вообще РАЗНЫЙ поэт. И для меня стихи, помимо удовольствия, — это еще и борьба со скукой, с обыдлением мироздания. Соответственно, и читатель моих стихов — РАЗНЫЙ. Кому-то нравятся ранние и «серединные» вещи, а кто-то высоко ценит недавно написанные. И эти ребята вполне внятно обосновывают свою позицию. Ну, а мне как автору приятно такое разнообразие мнений. Поэта почти невозможно любить целиком. Он такой… весьма экзотичный и специфический плод. Целебно-ядовитый. Самое главное — мне с моими стихами не скучно.

— Как ты рассматриваешь современный украинский поэтический контекст? Есть ли на стихотворной "карте" зоны и участки, претерпевающие литературное бедствие? На мой взгляд, если отдельно взятая область не имеет собственного журнала или набора имен — то ее в аспекте вечности вроде как и не существует. И пустота (поэтическая), как в фильме "Бесконечная история", продолжает надвигаться на Украину. Так ли это в твоем представлении?

— Современный украинский поэтический контекст — это сплошные эрогенные зоны. То, что когда-то называлось «литературный процесс», видоизменилось настолько, что теперь уже трудно сказать: к худшему или к лучшему. Журналы, литобъединения, вокруг которых когда-то клубилась литжизнь, потеряли свое влияние. Но, что радует, появляются новые, интересные авторы. Их немного. Хорошего вообще должно быть немного. Тогда его можно с уверенностью отличить от плохого. Нет никакой пустоты. Любую пустоту, отсутствие журналов и литобъединений перекрывает Интернет. Он предоставляет буквально все возможности для любого автора.

— Журнал «ШО», редактором которого ты являешься, позиционирует себя как журнал культурного сопротивления. Слово "сопротивление" ассоциируется с гитлеровской оккупацией Франции, когда поэты и писатели (грубо говоря, интеллектуалы) путем печатных средств бились с нацистами. Так и теперь: ведется вербально-визуальная война, но уже против корпоративного ярма, превращающего человека в гораздо худшего раба, чем в Древнем Риме (ибо порабощение здесь не телесное, но умственное), против ужасающей "промывки мозгов" — грязных дел, которыми занимаются СМИ, отрабатывая заказы. Имеющийся кризис как раз и подстегивает нынешних поэтов к "расширению пространства борьбы" — по меткому выражению Мишеля Уэльбека...

— Коллективом журнала «ШО», которым я имею честь руководить, под сопротивлением понимается следующее: качественные, «пользы для» тексты, анализирующие современную культуру. Нынешняя ситуация имеет треугольный силуэт. На одной вершине — глянцевые, гламурные журналы о «красивой жизни», на другой — информационно-политические газеты, большинство из которых лоббирует те или иные политические интересы, а на третьей — мы, журнал «ШО», который в своем эксклюзивно-одиноком положении пытается хоть немного уравновесить ситуацию. Мы работаем в хорошо простреливаемом пространстве. И для нас слово — это в буквальном смысле дело. «ШО» организовывает крупнейший в Украине литературный фестиваль, публикует никому доселе неизвестных авторов, именно нами было внедрено в украинское культурное пространство и популяризировано такое понятие, как «SLAM» (Слэм — это отдельная анархистская субкультура, являющаяся синтезом разных искусств. — А. М.). Мы финансово и информационно помогаем писателям, пострадавшим от беспредела чиновников. Вот и сейчас, во время нашей беседы, мне поступила информация, что мой заместитель, талантливый человек Толя Ульянов был избит неизвестным в центре Киева, ведется следствие… Не сомневаюсь, что это нападение связано с профессиональной деятельностью Анатолия.

— Журнал "ШО" призван открывать глаза на шокирующие вещи, такие, как сама правда, — ведь она всегда, в любые эпохи режет глаза и редко когда бывает приятной… Меняется ли наполнение издания, его идеология и как оно эволюционирует?

— Журнал «ШО» находится в постоянном процессе модернизации. Структура остается классической — это три раздела: ШО СМОТРЕТЬ (кино, ТВ, театр, галерея), ШО СЛУШАТЬ (музыка), ШО ЧИТАТЬ (литература во всех ее проявлениях). С мартовского номера мы ввели специальную дискуссионную рубрику, посвященную таким темам, как эротика и порнография в современном искусстве, авторское право и т.д. Надеемся, что те, кто прочитает это интервью, предложат свои темы для новой рубрики.

— Расскажи о фестивале "Киевские Лавры". Ты им доволен?

— Международный фестиваль поэзии «Киевские Лавры» — самый авторитетный и масштабный фестиваль в Украине, главным и единственным спонсором которого является журнал культурного сопротивления «ШО». Это фестиваль, объединяющий славянские культуры. Обычно он проходит в середине мая, длится 4-6 дней, превращая Киев в город поэтов. Редкий сколь-либо значимый украинский, русский или же белорусский поэт не принимает участие в «Киевских Лаврах». Вход на все мероприятия свободный, поэтому киевляне и гости столицы могут вполне свободно послушать своих любимых поэтов и пообщаться с ними, взять автограф.

— "Экспедиция ХХІ" уделяет немалое внимание днепропетровской культуре и, скажем так, ментальности. Ты — частый гость в Днепропетровске. Какие у тебя накопились интересные наблюдения по данной теме?

— Мне уютно выступать у вас. Я не любитель рассуждать о проценте плотности поэтического материала на квадратный метр города Днепропетровска. Поэзия — удел одиночек. Но приятно и полезно собираться время от времени вместе. Будьте счастливы!

Александр МУХАРЕВ