Украинцы, кто мы? Этот вопрос волновал и, наверное, всегда будет волновать каждого, в ком есть хотя бы капля украинской крови. И, одновременно, он будет раздражать тех, кто мечтает лишить украинцев национального достоинства, растворив нас то ли в общеславянской толпе, то ли в космополитическом интернационализме. Чтобы понять, кто мы, откуда взялись, нужно много читать, и не «творения» современных псевдоисториков, а произведения старых авторов, писавших свои труды не за деньги заказчиков, а ради освещения истины, с уважением к фактам.

Одним из таких авторов был итальянец по происхождению Александр Гваньини (1534-1614), который, в молодости, выехал с семьей из родной Вероны и оставшуюся жизнь провел на «второй родине» — в Польше.

читать

В подземном переходе было жарко и душно. Вдоль прохода ярко светились витрины со всевозможными украшениями. Алиса, гордо подняв голову, прошествовала мимо всего этого великолепия. Даже не взглянула. Мы не за этим спустились под землю.
На перекрестке мы свернули налево и попали в царство кожаной одежды. Казалось, здесь даже звуки стали тише. Запах кожи проник в ноздри, лаская обоняние.
- Я могу вам чем-нибудь помочь?
Продавщица с профессиональной улыбкой поднялась из-за своего столика.
- Нам нужна шуба, - озвучила своё желание Алиса. - Длинная.
Она взглянула на меня, я ободряюще улыбнулся. Люблю я ее. Не так давно не мог себе даже представить, что способен буду отказаться от ноутбука ради желания женщины. Но любовь с нами творит странные вещи.
- Пройдите сюда, пожалуйста.

читать

22–23 августа Институт общественных исследований провел в Днепропетровске международную научную конференцию «Украина – Кубань: ретроспектива этнокультурных взаимоотношений», отметив так 220-летие создания Черноморского казачьего войска. Немногим обывателям известно, что это формирование образовано из бывших запорожских казаков. Участниками этого события стали ученые Приднепровья, а также научные сотрудники Института украинской археографии и источниковедения им. М. С. Грушевского, Одесского национального университета, Кубанского государственного университета и ряда государственных учреждений и учебных заведений Армавира, Бердянска, Краснодара, Никополя, Харькова. На конференцию были приглашены также днепропетровские краеведы и журналисты.

читать

Дмитрий ГРОМОВ, Олег ЛАДЫЖЕНСКИЙ
писатели-фантасты

Всемирно известный писатель-фантаст Генри Лайон Олди признан на международном фестивале фантастики «Еврокон» в 2006 году лучшим фантастом Европы. Мы обещали рассказать нашим читателям, кто же он – Генри Лайон Олди? На самом деле это два интересных человека из Харькова – Олег Ладыженский и Дмитрий Громов.

– Какое образование нужно, чтобы стать писателем-фантастом?

О. Л. – Любое! Понимаете, название «фантаст» не всегда корректно. Булгаков – фантаст? А Алексей Толстой? Герберт Уэллс? Словосочетание «писатель-фантаст» вообще не очень понятно. Тогда надо ставить ярлыки: «писатель-детективщик», «писатель-деревенщик», «писатель-авангардист». Если мы пишем прозу, значит, мы – писатели; пишем стихи, значит, поэты. У нас есть пьесы, которые активно ставят на территории бывшего Советского Союза (в Беларуси, России, Украине), значит, мы – драматурги. А фантаст – это, скорее, человек, умеющий посмотреть на жизнь под неожиданным углом. Для этого нужно не особое образование, а особый склад ума.

читать

Среди современных украинских писателей наиболее известен в нашей стране и за рубежом Юрий Андрухович. Сам же он считает бриллиантом украинской словесности писателя Юрия Издрика. Инженер по образованию, Юрий Издрик пишет книги и редактирует литературный журнал «Четверг», основателем которого сам же и является, публикуется в варшавском андеграундном журнале «Відрижка» и иллюстрирует книги Андруховича. Именно Юрий Издрик, работая в журнале «Четверг», открыл для читателей Любко Дереша и много других – начинающих и уже популярных – украинских литераторов. «Я гениальный редактор и читатель», – говорит он о себе.

Так вот, Юрий Издрик в августе впервые посетил город Днепропетровск. Творческий вечер проходил в кафе «Мастер Шмидт». Писатель играл на клавишных, читал свои тексты и общался с публикой. А на экране в это время чередовались картинки в стиле поп-арт. Поклонники просили Юрия прочитать что-нибудь из самого популярного его романа «Воццек». Но автор был непреклонен – читал автобиографическое эссе, стихи – свои и Андруховича и уверял, что является дилетантом в литературе.

читать

Разговор с таким человеком – удача, потому что он одинаково живо, остро, активно вспоминает людей, которые были известными 50 лет назад, и рассуждает о событиях вчерашнего дня. Днепропетровскому писателю Николаю Антоновичу Миколаенко – 88 лет. Патриарх украинской литературы родился 5 декабря 1919 года в селе Марьяновка на Криворожье. В июне 1941-го окончил Запорожский пединститут, и в первые дни Великой Отечественной войны ушел на фронт. За боевые заслуги Николай Антонович был награжден орденом Великой Отечественной Войны I степени и медалями. Работал редактором криворожской городской газеты «Червоний гірник» (1953–60 гг.), главным редактором днепропетровской студии телевидения. С 1958 года Н. А. Миколаенко состоит в Союзе писателей Украины. Он является автором восемнадцати поэтических книг, повестей и рассказов, публицистических статей, пьес. Николай Антонович и сейчас преисполнен новых творческих замыслов и продолжает активно трудиться. Так, в минувшем 2007 году были изданы две его книги лирической поэзии «Сад кохання», посвященные памяти жены Валентины. В этом году вышел поэтический сборник «Українські малюнки», а в переводе Юрия Полесского на русский язык – сборник «Чарка солнца».

читать

Книга с таким необычным, на первый взгляд, названием принадлежит перу известного в нашей стране археолога, профессора исторического факультета Днепропетровского национального университета Ирине Федоровне Ковалевой. Под ее руководством прошло множество археологических экспедиций, в том числе по исследованию казацкой Самарии и Богородицкой крепости (о которых мы уже писали). Собранные за долгие годы раскопок находки заполнили витрины кабинета археологии ДНУ, введены в научный оборот и привлекают внимание ученых из многих стран. Работа над книгой воспоминаний о прожитом и пережитом началась автором в августе прошлого года, в перерыве между экспедициями. Мы можем составить свое мнение о книге лишь после ее прочтения, а вот что говорит сама И. Ковалева о побудительных мотивах написания мемуаров: «Почему возникло желание написать? Чтобы переосмыслить, пережить заново сущность своего бытия. Это не ностальгическое любование прошлым, а скорее восстановление прожитых и пережитых событий личной и творческой жизни. Для многих людей археологические раскопки овеяны своеобразной романтикой, а вокруг курганов и погребений существует некий мистический ореол представлений «о мести покойников». Именно поэтому книга в доступной форме знакомит читателей с древностью края, его историей, неразрывностью времен, в том числе истории, об отношении исследователя-археолога к изучаемым объектам – курганам, которое многогранно и также меняется со временем. Начиная раскопки, археолог руководствуется желанием как можно быстрее раскопать курган, но с годами приходит понимание личной ответственности, рождаемое чувством уважения к покоящимся в нем предкам.

читать

Всю жизнь Зина Чечель стеснялась своих ушей. И не то чтобы они были у нее очень большие, нет. Просто уши торчали. Сначала Зина боялась, что с такими ушами ее не возьмет замуж ни один мужчина. А когда вышла за Жору, то стала переживать, что и ребенок родится с такими ушами. «Хорошо, если мальчик, – думала Зина, – а если девочка?..»

Ребенка рожать она поехала к родителям в Овруч. Сначала небо смилостивилось над ее страхом, и Зина родила мальчика. Жора в это время защищал в Киеве дипломную работу, и Зина сразу же попросила маму отправить ему телеграмму: «Поздравляю с мальчиком. Похож на тебя. Три пятьсот. Уши не торчат». Малыша решила назвать Богданом. И как сглазила, потому что как только отправила телеграмму, вечером, или уже на следующий день, заметила, что у ребенка оттопырились ушки. Зина прислоняла их к голове, ушки склеивались, но сразу сворачивались, будто разваренные вареники. Завязывала на ночь косынку, бинтовала, но они все равно торчали.

читать

Интересно, кто это придумал так неправильно укладывать шпалы: либо слишком близко, либо слишком далеко друг от друга, а то и вообще как попало – короче, идти по ним совершенно невозможно. Или это специально делают, чтоб не ходили? Так ведь все равно ходят.

Песок на насыпи был сырой, слежавшийся, в сто раз удобнее дурацких шпал. Постепенно все последовали моему примеру и двинулись рядом с полотном "железки".

читать

В жизни разные бывают ситуации, в том числе необъяснимые. Представь, спешишь ты обычным осенним вечером домой после плодотворного рабочего дня, в тепло своего уютного дома... Транспорт, как всегда, не то что не способствует тому, чтобы ты скорей там оказался, а даже не маячит на горизонте. И дождик начал накрапывать, и темнеет уже... Еще и проезжающие мимо машины стремятся обрызгать тебя грязью как можно обильнее...

Холодно. Пора ловить такси. Это мне удалось на удивление быстро, всего пара грязевых душей – и машина остановилась. Водителем оказался мужчина в самом расцвете сил, как говорил о себе Карлсон. На этом его сходство с Карлсоном заканчивалось: водителю не хватало не только пропеллера и неотразимой упитанности, а и дружелюбной улыбки. Худой и неприветливый человек... Ничего, лишь бы быстрее довез домой. Назвав адрес, я удобнее устроилась на тепленьком сиденье. Водитель молча кивнул, включил музыку и достал из ящичка для перчаток... нож.

читать

Мы представляем вам молодых днепропетровских писателей – участников конкурса «Молодая муза Приднепровья»

Два часа дня. Лекций сегодня нет (во всяком случае, я на них не пойду). Поэтому я неистово, как в последний раз, выспался и расслабленно, точно после команды «Вольно!», стоя перед зеркалом в ванной комнате, рассматриваю свои интересные из-за десяти часов сна глаза и редкую тёмную щетину. Кажется, что ночь, убегая от рассвета, случайно зацепилась за моё лицо и оставила там немного себя. Бриться или нет? Где ты, Гамлет!?

Не хочу, не буду, лень, да и времени уже маловато – надо ещё успеть на тренировку. Я могу прогулять лекции, свидание с Анджелиной Джоли, деловую встречу с голливудским продюсером, но плавания мне не избежать. Там, в старом днепропетровском бассейне, я живой, как никто и нигде. Скорее туда, где синева, молодость, сила и хлорка! Собираюсь и одеваюсь быстро, как студент, прошедший военную кафедру ДНУ.

читать

Слух о том, что к Лещинскому на работу идти нельзя, быстро распространился по городу. Он пронесся по дешевым кофейням, за порогом которых была уличная грязь, пролетел по проходным балконам в затхлых внутренних дворах, опустился на кончики крыльев ангела на только что открытом памятнике Адаму Мицкевичу и с его постамента растекся по всем закоулкам Львова.

Лещинский был известной в бандитских кругах персоной. Там его, правда, называли «господин Лещ», но в полицейских сводках этот господин фигурировал как Эммануил Овербах-Лещинский.

Лещинский не обмишуливал, не воровал и не убивал, а был владельцем трехэтажного здания на нынешнем проспекте Свободы, где сейчас на первом этаже расположен модный магазин. До Первой мировой в здании, принадлежавшем Лещинскому, был ресторан, где можно было заказать не только выпивку и закуску, но и девицу.

читать

Мы все учились понемногу
Чему-нибудь и как-нибудь.
А. С. Пушкин. «Евгений Онегин».

Конец семидесятых – начало восьмидесятых двадцатого столетия. Расцвет и начало разложения «развитого социализма» в СССР. Обычная средняя школа. До старших классов я не понимал, почему школа, в которую я хожу, называется «средней»? Говорят, в метро происходит большое количество самоубийств, потому что повсюду висят таблички типа «Выхода/хода нет» и потому, что из «Анны Карениной» всем советским гражданам обычно хорошо помнится только один эпизод.

читать

Профессор, который должен был ликвидировать Гитлера и спас караимов от холокоста

В 1959 году в Нью-Йорке вышла книга «Українські культурні діячі – жертви більшовицького терору». В 1965 году ее автор, Виктор Платонович Петров, в то время заведующий архивом Института археологии в Киеве, получил юбилейный орден Великой Отечественной войны. И тогда же он давал своим ученикам и друзьям читать один из своих гениальных романов – мюнхенское издание «Доктора Серафикуса» с вырезанными с титульного листа цифрами «1947 г.» и зачеркнутым карандашом словом «Мюнхен». Одному из самых блестящих украинских интеллектуалов удалось пережить и сталинские репрессии, и Вторую мировую войну. Какой ценой? Не знаем и поныне. И поныне дискутируем о месте историка, археолога, философа, писателя Виктора Петрова-Домонтовича в украинской культуре.

читать

В какой-то момент своей жизни я понял, что географические карты интересней игральных. И не то чтобы я картежником был, в игральном смысле. «Пулю» записать еще и сейчас могу, а вот в «дурака» своим детям уже давно проигрываю – правила забыл.

Но ведь и на самом деле географические карты дают больше повода для размышлений, чем самый неожиданный расклад при преферансе.

Вот, к примеру, после сотен просмотров карты Украины я наконец понял, чего мне не хватает на карте. Точнее, даже не мне, а Украине. Не хватает гор. Будь Украина какой-нибудь При- или Закарпатской республикой, их бы хватило с головой. А учитывая немалый размер государства, понимаешь, что все политические беды наши - не из-за нехватки некоррумпированных чиновников, не из-за безнадежных политических деятелей, а из-за недостаточного и политически неравномерного ландшафта.

читать

Было бы неплохо заселить Луну китайцами. Тогда и на Земле просторней станет, и на Луне люди приживутся, причем независимо от присутствия или отсутствия атмосферы. Правда, какие-нибудь другие виды жизни китайцы просто съедят. Еще они украсят Луну красными фонарями – будут тысячи «кварталов красных фонарей». И ни одной проститутки – наши же еще не подъехали.

А еще китайцы перегородят Луну здоровенным забором – чтобы монголы не лезли. А те и не будут лезть, потому что их Монголия и так мало чем отличается от Луны. А забор назовут «Великой Китайской стеной».

читать

— Вот те все свою-то скотину так гонят... И бьют ее, батожат батогом по спине и бокам, – cмеется, отгоняет рукой гнус. — А он нет... Он, Ванька-то, как-то нежно яе, он рукой не ударит яе, – и шипение в наушниках. На записях из тех мест всегда такое шипение. Возможно, это миллиарды крылышек сибирских насекомых дают такой отзвук, или эта сухость и тленная желтизна конца их лета. Может быть. Я еще думаю, это от залежей какой-то руды. Возможно, сильные магнитные поля или уран.

читать